Разочарования, усталость и непризнание вины — по делу «Весны»* допросили Яна Ксенжепольского** и Анну Архипову**

Начали заседание с допроса Яна Ксенжепольского**.

Яну** 25 лет. Родился и жил в Твери. До ареста работал специалистом сварочного производства и занимался волонтёрством. В 2021—2023 годах также был помощником депутата-коммуниста Тверского Заксобрания Павла Можжерова. Незадолго до ареста молодой человек был лишён этого статуса. Ян** писал: «К сожалению, после начала СВО я не могу продолжать заниматься публичной политикой, так как это связано с большими рисками для моей свободы».

В суде по делу «Весны»* был оглашён ответ из аппарата депутата, к которому обращался суд за характеристикой на Яна**. Как сообщалось в документе, молодого человека депутату рекомендовали как активиста, борющегося с борщевиком. Яна** брали в аппарат для консультативной, информационно-аналитической помощи. Ксенжепольский** был помощником на общественных началах, договор с ним не заключался, но было выдано удостоверение помощника депутата. Как отметил Можжеров в ответе суду, помощь Яна** в итоге ему не потребовалась, о его участии в движении «Весна»* тверской законодатель узнал из письма суда, а о его обвинении по «экстремистской статье» — от адвоката. Характеристики Яну** депутат дать так и не смог.

Ксенжепольского**, как и других обвиняемых, задержали 6 июня и доставили в Главное управление СК РФ в Москве. 8 июня в Басманном суде в Москве ему избрали меру пресечения — содержание в СИЗО, где он остаётся до сих пор.

Следствие называло его одним из администраторов канала «Весны»*. Сам Ян** в суде это отрицал.

— О движении «Весна»* я узнал году в 2018-м, источник не помню. Был принят в движение в 2019-м, — сообщил Ян**, отвечая на вопросы адвоката Татьяны Соломиной.

Он пояснил, что вступал в «Весну»** ради участия в молодёжной политике и наблюдения за электоральным процессом. На тот момент, по словам Яна**, он не разделял взгляды других политических партий и движений. При этом он неоднократно повторил, что ни в уставе «Весны»*, ни в его личных планах не были никаких насильственных акций, в том числе по смене власти и строя в стране.

— Я в основном консультировал активистов по вопросам электорального наблюдения, так как я в большом количестве кампаний поучаствовал. Это сложная работа, учитывая, с каким количеством законов надо быть знакомым. И не только быть знакомым, но и бегло в них разбираться — не говоря уже о постановлениях ЦИКа и региональных правовых актах. Я сидел в чатике и отвечал на бесконечные вопросы о том, как идут выборы, — описывал Ян** своё участие в деятельности движения.

О себе он рассказал, что был наблюдателем, членом участковых комиссий на выборах президента в 2018 году, местных муниципальных выборах в 2019-м, выборах депутатов регионального ЗакСа и Госдумы в 2021-м, депутатов тверской гордумы в 2022-м.

— Всегда выявлялось множество нарушений, но удавалось предотвратить их, — отмечал Ян**.

О создании движения «Весна»* он не смог ничего сообщить, так как оно появилось в 2013-м в Петербурге, когда Яну было 13 лет и он жил в Твери.

После вступления в движение он был принят в федеральный координационный совет. Однако о выходе из движения молодой человек начал задумываться, по его словам, в 2021 году. В августе он сложил с себя полномочия ответственного секретаря движения — пост был передан Павлу Синельникову**.

— Ни в 2021, ни в 2022 году я уже не участвовал в съездах движения, — заявил Ян**.

В том числе речь о съезде в декабре 2021-го, на котором был принят манифест «Весны»*, который фигурирует в обвинении.

По словам Ксенжепольского, с ноября 2021-го он де-факто не участвовал в деятельности движения, так как стал больше времени уделять работе в местном ЗакСе, волонтёрству, общественной работе.

— И я понял полную бесперспективность моего участия в движении и самого движения, — добавил Ян**, — Я понял, что «Весна»* производит много шума и не делает реальных дел, в то время как в ЗакСе я мог пытаться влиять хоть на что-то…

Обвиняемый также отрицал, что публиковал, создавал или хотя бы придумывал тексты «Весны»* и вообще как-то был причастен к её медиаотделу, хотя в обвинении и сказано обратное.

— Ни в каких публичных мероприятиях «Весны»* после начала СВО я не участвовал. И не планировал их. Я считаю, что они были неуместны — не могли привести к изменениям решений властей РФ, но могли привести к задержаниям, административкам, уголовным делам на участников, — проговорил Ян**. — С 2018 года я внимательно слежу за активностью на улицах в стране и понимаю, что это заканчивается только задержанием людей. И я считал, что данные акции бессмысленны и наносят больше вреда, чем пользы.

Об акции «Весны»* 9 мая 2022 года Ян**, по его словам, узнал постфактум, сам он в ней также не участвовал, при этом отметил, что не считает, будто она как-то оскорбила ветеранов или саму дату.

— К ветеранам я отношусь уважительно, моя семья сама пострадала от войны — мой дедушка по маминой линии и бабушка по папиной были эвакуированы из Ленинграда. Я сам участвовал в «Бессмертных полках», в акциях на кладбище, где захоронены погибшие воины, — сообщил Ян**.

Заявление о выходе из движения он, как было сказано в суде, написал в июне 2022 года, но, судя по всему, бумага до руководства не дошла, и из «Весны»* официально молодой человек был исключён в августе того же года. В сентябре он успел отдохнуть в Грузии. Но об эмиграции не задумывался и 7 октября вернулся в Россию.

— Вы не чувствовали опасности для себя? — уточнила адвокат.

— Я прекрасно понимал, что могу оказаться в этом чудном «аквариуме», но думал, что это будет московский «аквариум», — ответил Ян**.

Свои политические взгляды он описал так: «Консерватор или неоконсерватор в лучших традициях Маргарет Тэтчер и Рональда Рейгана».

Адвокаты других подсудимых также просили Яна** уточнить, какие между ними были взаимоотношения. Однако с Василием Неустроевым** и Евгением Затеевым** Ян**, как он пояснил, познакомился только 6 июня 2023-го, когда все уже были в наручниках в Следственном комитете. Там же состоялось и личное знакомство с Павлом Синельниковым. Дела по линии ответственного секретаря Ян** Павлу** пытался передать удалённо. При этом Ксенжепольский** пожаловался, что его преемник, на его взгляд, оказался ощутимо безответственным — на связь так и не вышел, протоколы заседаний не вёл, его работу охарактеризовать не представляется возможным в связи с её отсутствием.

Лучше всего Ян** был знаком с Анной Архиповой**, работавшей в медиаотделе движения, регулярно с ней общался. По словам молодого человека, с осени 2021-го девушка постоянно жаловалась на происходящее в «Весне»*.

— Какую должность она занимала? — просила уточнить адвокат Анны** Елена Шереметьева.

— Занимала пост редактора, в её обязанности входила редактура постов и подготовка их для федерального отдела по заданию Богдана Литвина*** (руководителя движения на тот момент. — Ред.). Он сам руководил медиаотделом, в его работу иногда вмешивался Мартыненко*** (ещё один соруководителей «Весны»*. — Ред.) — на каком основании, понятия не имею, — ответил Ян**. — Из-за Богдана Литвина***, который, мягко говоря, сумасброд и планировал непонятно что, Анне** приходилось работать постоянно, и она получала вместо благодарности придирки.

Закончив отвечать на вопросы адвокатов, Ксенжепольский добавил от себя:

— Мне вменяют руководство тверским отделением «Весны»*, но в движении не было ни одного участника из Твери, кроме меня. А для отделения по уставу должно быть два и более лиц, — указал обвиняемый. — Мне не известно ничего о финансировании движения, и я не получал ни копейки. И мои коллеги по совету также.

В завершение Ян** вновь заявил, что не признаёт себя виновным. На вопросы гособвинителей и суда отвечать отказался, воспользовавшись 51-й статьёй Конституции.

Справка

— пункты «б», «д» части 2 статьи 207.3 УК РФ (публичное распространение заведомо ложной информации об использовании вооружённых сил группой лиц по мотивам политической ненависти — до десяти лет лишения свободы);

— часть 3 статьи 280.4 (публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности РФ, совершённые организованной группой);

— часть 1.1 статьи 212 (вовлечение в организацию массовых беспорядков);

— часть 4 статьи 354.1 (реабилитация нацизма по предварительному сговору);

— часть 1 статьи 282.1 (создание экстремистского сообщества).

— часть 2 статьи 239 (участие в деятельности экстремистского объединения).

После перерыва в суде допросили Анну Архипову**.

Анне** 28 лет. Она родом из Барнаула. До ареста жила в новосибирском Академгородке. СМИ сообщали, что она успела поучиться в Новосибирском государственном университете, но была отчислена в 2018 году. Анна** занималась на факультете рекламы и связей с общественностью. В суде одна из свидетельниц — знакомая Анны**, с которой та около полугода снимала квартиру, — рассказала, что девушка заочно училась в университете, копила на путешествие и занималась маркетингом — продвигала сайты и готовила рекламные видеоролики.

В суде также давала показания мама Анны** Анастасия Архипова. По её словам, дочь переехала в Новосибирск из Барнаула в 2021 году, тогда же участвовала в деятельности «Весны»* — редактировала для движения тексты. В декабре 2021-го Анна** говорила маме, что хочет выйти из организации, а весной 2022-го сделала это.

Упоминалось, что Анна** некоторое время была бариста и репетитором по английскому языку. А ещё она вегетарианка. И с этим возникли сложности в петербургском СИЗО «Кресты» — группа поддержки Анны** жаловалась, что ей не удаётся передать вегетарианские продукты.

Анну**, как и других фигурантов, задержали 6 июня 2023 года в Новосибирске, этапировали в Москву. По решению суда она была отправлена в СИЗО.

В начале допроса адвокат Елена Шереметьева предложила ей вначале в свободной форме рассказать об участии в «Весне»*.

— Я вступила в движение в феврале-марте 2021 года, — начала девушка.

Она поведала, что в конце 2020-го узнала о «Весне»* после одиночного пикета одного из активистов. Затем изучила соцсети движения и сочла, что ей было бы интересно в нём поучаствовать. Она заполнила анкету, вскоре с ней связался кто-то из координаторов, так она стала сначала сторонницей, а вскоре участницей «Весны»*. Спустя короткое время Анна** обратила внимание, что движение ищет редактора для корректуры и вычитки текстов. Это было близко её профессии, она откликнулась на вакансию и получила эту должность. По словам Архиповой*, она не касалась смыслового содержания постов, занимаясь лишь исправлением ошибок. Параллельно у неё была и другая работа.

— Так продолжалось до октября 2021 года, — отметила Анна**.

Тогда руководитель движения Богдан Литвин*** предложил ей сосредоточиться на контенте «Весны»*. Анна** согласилась, но вскоре начались проблемы — в декабре зарплату не выплатили. В январе-феврале девушка сделала паузу и, как она заявила в суде, с движением не сотрудничала. Но в конце февраля 2022 года её вновь позвали в медиаотдел готовить публикации.

Рассказывая о работе в отделе, Анна** сообщала суду, что не могла повлиять на удаление публикаций, их содержание также жёстко контролировалось руководством движения — Богданом Литвиным*** и Тимофеем Мартыненко***.

— Публикации всегда писались на основе материалов СМИ, первоисточником были в том числе и вполне лояльные власти медиа, а также использовались заявления официальных лиц, — указывала Анна**.

Она отдельно оговорилась о публикации от 29 апреля 2022 года, которая ей вменяется по статье 207.3 УК РФ — «фейки об армии». Девушка признала, что была к ней причастна, она не помнит, была ли автором текста или только редактором. Кроме того, она уточнила, что пост был основан на материале издания «Медиазона»**** от 17 апреля. Это подтвердило и исследование специалиста, по инициативе стороны защиты проанализировавшего две публикации. Специалист сочла пост «Весны»* пересказом статьи «Медиазоны»****. Однако это исследование судья Ирина Фурманова отказалась приобщать к материалам дела.

Также в своих показаниях Анна** указывала, что к созданию и руководству движением, к его финансированию отношения не имела, в съездах не участвовала. По её же признанию, участвовала только в одной акции — 24 февраля 2022 года в Новосибирске. Тогда собралось около 70 человек, стоявших небольшими группами, без плакатов и лозунгов. Только один раз прозвучал выкрик, за который почти сразу был задержан мужчина.

При допросе адвокат Анны** Елена Шереметьева зачитала несколько переписок девушки с участниками движения, которые имеются в материалах дела. Анна** пояснила, что они касались рабочих вопросов по публикациям. В нескольких Тимофей Мартыненко*** указывал, что он работает больше всех — готовит и публикует львиную долю постов в каналах движения, в то время как Анна** и другие участники медиаотдела делают гораздо меньше.

Архипова** поясняла, что весной 2022 года ей было тяжело морально и физически, периодически она делала паузы в работе на несколько дней, удалялась из чатов, не общалась с другими членами движения. Итогом стало её заявление от 1 июня 2022 года об уходе из «Весны»*. Фото с заявлением она направила руководству, а также переслала своему другу. В качестве подтверждения своих слов она просила осмотреть её переписку с другом ещё на стадии предварительного следствия — тогда ей в этом было отказано. В 2024-м адвокат Анны** провела осмотр и нотариально заверила его. Сегодня в суде этот документ был приобщён к материалам дела.

Анна** указывала, что это должно доказывать — она не имела отношения к части вменяемых ей публикаций, появившихся в каналах «Весны»* уже после 1 июня 2022 года.

Из других подсудимых Анна** была знакома с Павлом Синельниковым**.

— Мы встретились в мае-июне 2021 года на лекции по экономике регионов, познакомились и пошли в бар, — описала Анна**.

Она также подтвердила, что дружила с ранее допрошенным Яном Ксенжепольским**.

Справка

— часть 3 статьи 239 (участие в деятельности организации, которая занимается побуждением граждан к отказу от исполнения гражданских обязанностей);

— пункты «б», «д» части 2 статьи 207.3 УК РФ (публичное распространение заведомо ложной информации об использовании вооружённых сил группой лиц по мотивам политической ненависти — до десяти лет лишения свободы);

— часть 3 статьи 280.4 (публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности РФ, совершённые организованной группой);

— часть 1.1 статьи 212 (вовлечение в организацию массовых беспорядков);

— часть 4 статьи 354.1 (реабилитация нацизма по предварительному сговору);

— части 1 и 2 статьи 282.1 (создание экстремистского сообщества и участие в нём).

Слушания по делу «Весны»* продолжатся 4 февраля. В заседании планируется допрос двух оставшихся подсудимых — Евгения Затеева** и Павла Синельникова**.